Редакторы, переводчики и составители — посредники, через которых цикл Нареона получил печатную форму, русскую терминологию и позднюю читательскую память. Их решения затрагивали не только слова: порядок публикации, отсутствие пояснений и устройство цитатных сводов определили, какие части мира казались читателям центральными.
Редакторы и первые посредники
В ранней англоязычной традиции рядом с Нареоном обычно называют Мириам Келл (Miriam Kell) — редактора North Quire Press, якобы настоявшую на сохранении заглавных букв в House, Line и Waking, хотя в письмах Нареон несколько раз называл эту практику «почти типографской случайностью».
Другой устойчивый посредник — Джонас Вейл (Jonas Vale), младший редактор северо-западного издательства, через которого, по поздним пересказам, прошли первые машинописи «Дома Внутреннего Ветра». Кроме имени и этой роли, надёжных сведений о нём почти не сохранилось.
В русской традиции похожую роль заняла Ирина Полякова, редактор первых русских изданий. С ней связывают решение не снабжать переводы подробным аппаратом: читатель, по её словам в позднем интервью, должен был «жить в непонимании столько же, сколько герой».
Переводчики
Первый русский перевод «Дома Внутреннего Ветра» вышел от коллектива издательства «Капля» под именем Александра Норца. В библиографиях 1990-х подпись расходится — А. Норец, А. Норцев, иногда без имени, — поэтому её долго принимали за одного плохо документированного переводчика. Позднее Ростислав Ильин описал Норца как общий редакционный псевдоним; состав коллектива полностью не восстановлен.
Коллектив «Капли» выбрал русские формы «правщики», «сводчики» и «бродники». Марине Бельтовой приписывают их закрепление в последующих изданиях, а также закрепление слова «аркивит». В её переводе «Бельты и Северной Лестницы» несколько понятий получили более однозначные русские соответствия, из которых затем выросли поздние терминологические сдвиги.
Поздние фрагменты «Пепла под гарбитусом» переводил Лев Савицкий; его сухая манера породила спор, не является ли русский поздний Нареон более «архивным», чем английский, особенно на фоне поздних черновиков.
Составители после исчезновения книг
Николас Херн создал ранний англоязычный указатель, Ольга Шатрова — русские цитатные тетради, Денис Рябов — первую таблицу расходящихся терминов. Их работа сохраняла редкие имена, но одновременно отделяла их от сюжетов.
Кира Мельник первой свела упоминания низкого звона из разных переводов. Её схема ошибочно объединяла tone и chime, однако именно она заставила следующих составителей проверять звук по оригиналам. Так неточная работа стала началом более точной традиции.